Встреча с Зелибобой

В прошлом посте я рассказывала о встрече с писательницей. Сейчас на острове наступило удивительное время. Людей с каждым днем становится все меньше, и остаются только самые ценные. Общение утончается, наполняется глубиной, уходит поверхностность. Встречи открывают новые грани совместного творчества, воздух напитан поэзией и желанием делать больше. Я ценю и берегу каждого встреченного человека, который становится еще одной жемчужиной в моей коллекции.

Самым важным знакомством за последние шесть месяцев стала встреча с Зелибобой. Я еще не рассказывала о нем, очень хотела поделиться, но никак не находила нужных слов. Я вглядываюсь в него, узнаю этого человека все больше и при этом понимаю, что ничего не знаю о нем. Иногда мне кажется, что мы похожи, а иногда – что невозможно далеки. Это человек, который знакомит меня не только с моим голосом, но и со всей моей сущностью, внезапно открывающейся мне сейчас, в мои 34 года.

Если вы примерно моего возраста или чуть младше, то вы могли видеть забавную передачу “Улица Сезам”, где яркие куклы с сумасшедшими глазами учили детей читать, считать и вести себя хорошо. Одной из таких кукол был Зелибоба, и Стас провел в этом костюме несколько лет. Кто он такой? Можно сказать, что он диктор с 25 летнем стажем – его голос звучал во многих рекламных роликах 90-х годов. Один из таких роликов, удивительно не раздражающий меня из всей рекламы на ТВ того времени – реклама соков и нектаров Rich. Вы наверняка слышали его голос, успокаивающий и мягкий:

  • Жизнь – хорошая штука, как ни крути.

Стас – профессиональный диктор, но так же и актер, и создатель кукол, и бывший таксист в Штатах, и писатель, и философ. И просто отличный друг, на поддержку и душевность которого всегда можно расчитывать.

Так вот, Зелибоба теперь живет на Пангане. А я примерно полгода назад почувствовала непреодолимое желание записывать книги. Идея была максимально возвышенная – начитывать буддистские книги, чтобы самой разбираться в текстах, вносить свой вклад в приобщение людей к Дхарме и не чувствовать себя оторванной от учения. Чтобы вы не подумали, что я религиозный фанатик, – поясню, что эта вера для меня очень важна, потому что она помогает мне преодолевать жизненные сложности (да, в Таиланде их тоже много) с ясным умом. Я как-то упоминала об этом в одном из постов. Я подумала, что в мире неприлично мало аудио книг по тибетскому буддизму, а если таковые имеются, то записаны они довольно скучно. Я решила изменить это положение вещей, и вдруг случайно познакомилась со Стасом.

Мы пробовали разные подходы к этой задаче. В первые же месяцы занятий мы поняли, что у меня легкие, как у маленького червячка, постоянно заложен нос и есть проблемы с произнесением буквы “с”. Я стала активно дышать по утрам, пугая своих котиков резкими звуками. Я обзавелась винной пробкой и стала делать смешные артикуляционные упражнения. Я стала внимательнее следить за своим дыханием, направлять воздух “в живот” и плавно выдыхать. Вместе с этим я стала чаще петь, пытаться брать ноты и учиться расслаблять горло для извлечения правильных звуков.

От буддистских сложных текстов мы практически сразу перешли к Муми Троллям и странным сказкам. А потом я познакомила со Стасом Костю, который вообще-то заканчивал ВГИК по специальности звукорежиссер. Костя стал помогать нам в наших занятиях, настроил сложную программу для записи и добавил своих комментариев к моей работе. А еще он рассказал Стасу, что вообще-то я пишу свои тексты, на которых мне может быть гораздо проще тренироваться. Я распечатала почти весь свой сайт, и мы стали записываться.

Стас сам построил студию рядом со своим домом несколько лет назад. Это небольшая бетонная будка с маленьким окошком, где легко помещается один человек. Этот человек может раскинуться в кресле, которое двигается лишь на несколько сантиметров назад и вправо. С закрытой дверью в студии можно находиться примерно минут тридцать, а потом начинает пищать прибор по измерению запасов воздуха, предупреждая о том, что еще чуть-чуть, и мозг умрет от кислородного голодания. Вдобавок ко всему, в условиях местной погоды студия быстро нагревается и комфортно сидеть там можно разве что в купальнике. Усугубляют непростые условия работы представители местной фауны. За стенкой студии живет геккон, который любит подать голос в самый ответственный момент. А недавно был сезон цикад, которые криком почти в 100 дБ (звук вагона поезда на расстоянии 7м) пробивали стены студии и отражались в звуковой дорожке. В это время любые попытки записать хоть что-то заканчивались провалом. Бороться с желающими спариваться цикадами невозможно, понять расписание их концерта – тоже, а эти звуки вместе с прибивающей жарой делали нас вялыми и уставшими с самого утра.

Итак, мы набиваемся в эту студию втроем и записываем короткие кусочки моих текстов, периодически открывая дверь, чтобы подышать. Это мучительная и увлекательная работа, после которой я чувствую себя шахтером, который весь день добывал драгоценную руду из камней. Это нереально сложный для меня процесс, супер медленный и болезненный, но при всем этом – это настоящая магия, и в каком-то роде самотерапия.

За эти полгода работы с голосом я заново открыла саму себя. Я как будто посмотрела на себя со стороны, подсветила себе те темные стороны, о которых не знала или которые предпочитала не замечать. Так, я открыла, что все время тороплюсь, потому что мне кажется, что людям скучно меня слушать. Я хочу рассказать что-то интересное, и мне кажется, что если я потороплюсь, то скорее дойду до самого важного момента в повествовании, и люди простят мне мою говорливость. Я увидела, что мне страшно говорить громко и уверенно, я все время зажимаю голос и пытаюсь стать незаметной.

За время занятий обнаружилось, что у меня есть говор. Откуда он взялся, – ума не приложу. Мало того, я даже не всегда могу его заметить, не говоря уже о том, чтобы искоренить. Говор, который прорывается неожиданно и превращает тексты в былинное повествование. А еще очень скромный диапазон эмоций. Внутри я вся трепещу, но выразить это никак не могу. Как будто есть пульт управления мной, где всего два ползунка, отвечающие только за скорость. Так вот, на медленную скорость у меня завязаны грустные эмоции, а на быструю – веселые. Я по очереди двигаю то один, то другой ползунок, и мне кажется, что я таким образом управляю эмоциями, но на деле меняется только скорость, а эмоции остаются прежними. Когда я читаю текст глазами, я вижу его красоту и точно знаю, как ее передать, но когда открываю рот, то все звучит совсем иначе, тускло и уныло.

Стас говорит, что слова – это как вагончики проезжающего поезда, только форма, которую чтец наполняет своими красками, смыслами и эмоциями. Благодаря этим занятиям, для меня яснее проявляется мир текстов, который я так люблю. Теперь это не просто слова, удачно сочетающиеся вместе, а самая настоящая песня, с собственным ритмом, звонким смехом или томной задумчивостью. Это раскраска, к которой я старательно подбираю карандаши.

Сейчас я вижу, насколько для меня важно заниматься своим голосом и речью, медленными шагами двигаясь к совершенству. Я уверена, что это то, чем я готова заниматься на протяжении многих лет, до самой старости и дальше, я хочу озвучивать все свои прошлые и будущие тексты, начитывать книги и открывать для себя их звучание, наполнять их своей душой и своим смыслом.

Я смонтировала несколько видео с бэкстэйджем наших занятий, где Стас дает фишки по чтению и пытается раскачать меня, чтобы я прочитала текст чуть лучше, чем умирающий лебедь. Вот одно из них:

Leave a Reply

Your email address will not be published.